Портников: Путину интересен только Зеленский на коленях, Украину ждет еще 25 лет войны

Вероятнее всего, российско-украинский конфликт затянется на десятилетия. По крайней мере, пока Владимир Путин является главой страны-агрессора. «Нормандский», как и любой другой формат переговоров, заинтересует Путина только в том случае, если президент Украины Владимир Зеленский будет готов «стать перед ним на колени».

Но когда власть в Кремле поменяется, тогда у Украины будет около 10 лет, чтобы воспользоваться благоприятной ситуацией. Такими мнениями в эфире телеканала OBOZREVATEL поделился известный журналист и публицист Виталий Портников. Далее приводим его прямую речь (чтобы посмотреть видео, доскролльте до конца этой публикации).

Я думаю, мы увидим саммит «нормандского» формата в лучшем случае после президентских выборов во Франции (назначены на апрель 2022 года, – Ред.). Но я в принципе не вижу никаких оснований считать, что такой саммит может состояться. Потому что и в предыдущем саммите не было никакого смысла.

Предыдущий саммит состоялся только потому, что переговорщики с украинской стороны не говорили жесткого «нет» на разные прихоти России, чтобы обеспечить голубую мечту Владимира Зеленского – его личную встречу с Владимиром Путиным.

Владимир Путин надеялся, что такая встреча приведет к капитуляции Владимира Зеленского. Как мы знаем, капитуляции в Париже не произошло.

Поэтому никаких встреч в нормандском формате может не состояться не с новым канцлером Германии, не с новым президентом Франции, а и со старым президентом Украины. Будет новый президент Украины, могут возникнуть такие возможности. Но надеюсь, что нет.

Знаете, в чем сейчас главная проблема в «нормандском» саммите? В том, что и Франция, и Германия, и Украина подчеркивают, что Россия является стороной конфликта. А Россия хочет, чтобы стороной конфликта были так называемые народные республики, с чем категорически не согласны не только в Киеве, но теперь и в Берлине и в Париже.

Поэтому никаких шансов на то, что «нормандский» саммит в принципе состоится, не существует.

Возникает вопрос: ну, состоится «нормандский» саммит, и что? Ну, состоялся парижский саммит, и что? Почему мы никак не можем понять, что это война на десятилетия, и этот военный конфликт низкой интенсивности будет продолжаться до тех пор, пока Путин будет президентом Российской Федерации.

А когда Путин перестанет быть президентом Российской Федерации, нашим достижением будет то, что там перестанут стрелять. Это уже будет успех.

Но до этго успеха нужно еще дожить. Это могут быть десятилетия. И нужно будет еще потерять немало человеческих жизней. Мы – страна, которая будет находиться в войне по крайней мере еще 20-25 лет. Если, конечно, раньше не закончится президентство Путина.

«Нормандский» формат будет существовать. Но какой смысл в нем, если он не поможет в восстановлении территориальной целостности Украины. Россия не собирается это делать, а у Запада нет инструментов ее заставить это делать.

Что дальше с Крымской платформой? Ничего. И дальше будут такие же переговоры на уровне Крымской платформы, чтобы мир не забывал, что Крым является неотъемлемой частью Украины. Однако такие переговоры могут происходить десятилетиями. Они также не приведут к восстановлению территориальной целостности Украины.

Потому что Россия удерживает Крым силой. Когда агрессор говорит, что он удерживает территорию силой, а вы говорите, что хотите вернуть ее политико-дипломатическими средствами – такая история может продолжаться сто лет.

Я не психотерапевт президента Зеленского, я не знаю, почему он все время хочет педалировать на встрече с Путиным. Но мы уже знаем условия такой встречи: о Крыме не разговаривать, о Донбассе не разговаривать, вместе с тем Минские соглашения выполнять так, как их видит Россия. Согласитесь, что это политическая шизофрения.

А о чем Путин готов разговаривать? О продлении газового контракта. Он говорит, что готов об этом говорить. Но на каких условиях? Чтобы Украина перестала вооружать собственные Вооруженные силы. Я цитирую Путина с Петербургского экономического форума.

Может быть встреча на таких условиях? Я считаю, что нет. Путин может считать иначе, потому что он надеется, что когда заработает «Северный поток-2» и когда им уластся поднять цену газа до 1,5 тысячи долларов и довести до коллапса украинскую экономику, президент Украины просто будет разговаривать иначе, особенно когда это будет 2024 год, год президентских выборов.

«Когда у тебя не будет чем платить зарплаты и пенсии, а люди будут стоять на улицах – вот тогда мы с тобой поговорим». Это и есть путинский расчет, простой и циничный.

С Россией договариваешься, только когда ты на коленях. Вот сейчас Лукашенко бегает за Путиным и повторяет все, что он говорит, даже пытается его превзойти. Вот это путинское представление о договоренности с российской точки зрения.

Может себе это позволить президент Украины? Нет. Проблема не в Зеленском. Проблема в Путине.

«Нормандский» формат – очень неблагодарная история, потому что ничего не меняется. Новый федеральный канцлер Германии может трижды подумать: вот он поедет на такую встречу и что он от этого получит? Ощущение полной беспомощности?

Я помню удивленный взгляд Ангелы Меркель на Макрона и Зеленского во время встречи в Париже. Она смотрела на них как на каких-то детей, которые прибежали и думают, что они в чем-то убедят Путина. Сейчас и Меркель там не будет.

Думаю, что Путин не будет делать подарков Макрону перед президентскими выборами, ведь ему очень важно продемонстрировать неконструктивность Макрона. Путин вспомнит, что у него есть лучшая подруга в Париже – Марин Ле Пен. Если накануне выборов Путин встречается с Макроном, это означает, что он готов сотрудничать с Макроном, а не с Ле Пен. Зачем ему это?

После выборов, когда Макрона переизбрали или избрали другого президента Франции, он тоже будет трижды думать: а чего ему ехать на «нормандский» формат? Ведь это шаг к ухудшению отношений с Москвой. А с Москвой французам нужно о чем-то договариваться. ЦАР, Мали, Гвинея – во всех зонах традиционного влияния Франции в Африке есть Россия.

А если ты приезжаешь на «нормандский» формат, ты там публично говоришь, что Россия является стороной конфликта, оккупантом. Как ты после этого будешь говорить с ними об Африке? Поэтому лучше не торопиться.

Сейчас Путин будет играть с США в такую игру: «Если вы хотите, чтобы я по крайней мере нейтрально относился к вашему соревнованию с Китаем, вы должны вести себя осторожно по отношению ко мне». И мы уже видим эту осторожность. «Северный поток-2» является прекрасной иллюстрацией. Многие считают, что это был прощальный подарок Байдена Меркель, но я считаю, что это определенная осторожность в отношениях с Кремлем. Чтобы Кремль не стал откровенным союзником Пекина.

Американцам нужно, чтобы не было сильного сопротивления тем новым союзам, которые они создают именно на противостоянии с Китаем. И поэтому они будут осторожными с Россией. И так будет до окончания путинского правления. По крайней мере, до того момента, пока для американских президентов Китай не перестанет быть проблемой номер один.

В России так или иначе начнется депутинизация со всеми вытекающими этого процесса. Как сказала президент Эстонии госпожа Кальюлайд, мы должны быть к этому политически готовыми, чтобы использовать этот шанс. Он будет недолгий – лет десять.

Что будет после Путина? Я могу выступать в роли оракула в вашей программе. Будет депутинизация с разговорами о демократизации и с примирением с Украиной, с возвращением Донбасса. Не скажу, что Крыма. Это откроет для нас возможности для европейской и евроатлантической интеграции, если мы захотим ими воспользоваться.

Источник: www.obozrevatel.com