»Я часто думаю: человек ли Путин вообще?». 15-я годовщина убийства Анны Политковской

Ровно 15 лет назад в лифте своего дома в центре Москвы была застрелена российская журналистка и правозащитница Анна Политковская. Чтобы напомнить читателям, кем она была и за что боролась, OBOZREVATEL приводит несколько цитат из ее книг, не утративших актуальности.

Военкор и ведущий автор российской «Новой газеты», обладательница престижных международных премий Анна Степановна Политковская была известна не только в РФ, но и во всем мире благодаря публикациям об охваченной войной Чечне, зверствах в российской армии, высокопоставленных военных преступниках и коррупции в Минобороны, а также книгам «Вторая чеченская» и «Путинская Россия», в которых Политковская жестко критиковала Владимира Путина и его окружение. («Путинскую Россию», впервые изданную в Великобритании в 2003-м, можно целиком прочесть на сайте «Новой газеты»). Сборник публикаций Анны Политковской с пронзительным названием «За что?» – вышел уже после ее трагической гибели.

За убийство журналистки, произошедшее в день рождения российского президента, 7 октября 2006 года, были осуждены и получили сроки (от 12 лет до пожизненного) лишь мелкие сошки – исполнители и посредники. Имена заказчиков не названы, и названы уже не будут: 7 октября 2021-го, спустя 15 лет, истекает срок давности этого дела.

В июле 2021 года на 93-м году жизни умерла мама Анны Политковской Раиса Мазепа, мечтавшая дожить до правды. В одном из последних интервью она признавалась: «Люди читают книги моей дочери, и я часто слышу, что Аня была пророк…».

«Путин не может отвечать за все!» — кричат у нас те, кто любит президента. Конечно, не может. Он как президент отвечает за методологию. За подходы. Формирует их. Такая уж у нас традиция: кто наверху, тому и подражают».

«Вспомним 2000 год, время перед выборами президента. Тогда многие говорили: «Ладно, не так уж страшен черт, как его малюют. Ну и что с того, что он родом из КГБ советских времен?.. Обтешется».

А потом — понеслось… За Путиным тихо подтянулась Команда — сначала десятки людей, самых близких ему и верных, с кем он лично работал и кому доверял. А потом — и сотни, это уже товарищи товарищей Путина, которым уже они, а не лично Путин доверяют и лично работали. Теперь — тысячи. Они — на всех уровнях, во всех властных щелях.

Так вокруг нас оказались те, кому Путин и его близкие товарищи доверяли. С одной стороны, это естественно. Но с другой — выяснилось, что доверяли (и доверяют) они только «своим», а «свои» — те, у кого то или иное прошлое в КГБ. Так властные и привластные структуры «новой России» наводнили граждане со специфическими традициями, с воспитанным репрессивным менталитетом, с понятным им соответственным механизмом решения государственных проблем…».

«Путин много раз публично демонстрировал, что в принципе не понимает, что такое дискуссия. Тем более политическая – дискуссии нижестоящего, по Путину, с вышестоящим быть не должно. И если нижестоящий это себе позволяет – значит, он враг».

«Аушев (первый президент Ингушетии. – Ред.) в Беслане застал страшную картину, как сам потом рассказывал.

Оказавшись в штабе «операции по освобождению заложников» спустя полтора дня после захвата, он понял, что там так и не могут решить, кто же должен идти на переговоры – ждут «добро» Кремля и боятся гнева Путина. Гнев равносилен концу политической карьеры. А конец политической карьеры куда страшнее страданий сотен заложников.

Зафиксируем суть: все, кто в те дни представлял в Беслане российскую власть, старались угадать, что хочет Путин, но не противодействовать тому, что творится в школе».

«Я часто думаю: человек ли Путин вообще? Или железная мерзлая статуя? Думаю, и не нахожу ответа, что человек».

«Брежнев нам был нехорош. Андропов кровав, хоть и с налетом демократии. Черненко глуп. Горбачев не нравился. Ельцин время от времени заставлял креститься в страхе за последствия его шагов…

И вот – итог. Завтра, 7 мая, их охранник двадцать пятого эшелона, которому место – стоять в оцеплении, когда проезжает ВИП-кортеж, этот Акакий Акакиевич Путин будет шагать по красным дорожкам тронных зал Кремля. Будто он и впрямь там хозяин. Вокруг будет мерцать натертое царское золото, челядь покорно улыбнется, соратники – все как на подбор бывшие мелкие чины КГБ, получившие важные посты только при Путине, приосанятся…

И наш нынешний соглядатай из КГБ, даже там звезд с неба не хватавший, – так же шагает по Кремлю… Шагает – и мстит».

«Провинция и столица России живут, как планета Земля и светило Солнце. Солнце — это всё, тепло, жизнь, свет (Москва). Земля — это сопутствующий Солнцу товар. Разные орбиты, разные пути, разные обитатели».

«Внешне у нас в стране все отлично и предельно демократично. Провозглашен принцип полной независимости судебной власти и уголовно наказуемого запрета на любое вмешательство в отправление правосудия. Действует федеральный закон «О статусе судей» — передовой и обеспечивающий будто бы независимость судьи. Однако реальная жизнь такова, что все конституционные демократические принципы подвергнуты самому циничному надругательству. Они могут быть низложены, и никто не понесет никакого наказания. Получается, что сильнее законов — независимость от них. Судебное обслуживание населения зависит от того, к какому ты классу принадлежишь. Высший — ВИП-уровень — занят мафией и олигархией».

«Стабильность у нас наступила чудовищная. Никто не желает идти за правдой в суд, который демонстрирует свою полную зависимость и ангажированность. Никому не придет в голову искать защиты в правоохранительных структурах, которым никто не верит, потому что они тотально коррумпированы.

…Ну а если судить по официальным рейтингам прикремлевских социологических служб, работающих по контракту с администрацией президента и не желающих лишаться этих контрактов, то у Путина – отличный рейтинг, подавляющее большинство населения – за него, ему все верят и одобряют его политику».

«Нет, не скифы мы – мы просто уроды. Хлебом не корми – подкинь пищу развращенным мозгам – новые гробы, свежие могилы, осиротевшие матери, бесконечные суды, застарелые долги».

«Наши» — это те, кто с нами. «Не наши» — если не с нами, то враги. Подавляющее большинство СМИ, собственно, и описывают этот дуализм: как «наши» хороши — как отвратительны враги.

Журналисты и СМИ при этом полюбили свой балаган «коверных» всей душой: борьба за право передавать беспристрастную информацию и служить этой информации, а не администрации президента, — эта борьба уже в прошлом, наступила пора умственного и морального застоя в профессиональном кругу, к которому принадлежу и я. Надо сказать, этого собственного застоя, превратившего профессию опять из журналистики в пропаганду в пользу имеющейся власти, коллеги особенно не стесняются, открыто признаваясь, что получают информацию о «не наших» прямо от сотрудников администрации президента, также о том, о чем следует писать, а о чем — нет…».

«Армия у нас — это совершенно закрытая зона. Все равно, что тюрьма. Собственно, это и есть тюрьма, просто названа другим словом. И в армию, и в тюрьму не может вступить нога ни одного человека, которого не «захотело» военное (тюремное) начальство. Отсюда сложилась традиция, что жизнь любого в армии — это путь раба».

«Солдат как низшая каста армейской структуры есть никто, зеро, и только так. За бетонными стенами воинских частей любой офицер может делать с солдатом абсолютно все, что этому офицеру в данный момент в голову взбредет. Точно так же, как и старший офицер может сделать с младшим своим коллегой все, что ему нравится».

«Мишу Николаева, жителя Московской области, проводили в армию в июле 2001 года… Но тревожные письма пошли домой уже осенью, когда Миша обнаружил на своем теле гнойные язвы. Он просил: «Пришлите медикаменты: мазь Вишневского, стрептоцид, ну, короче, все средства против гниения, анальгин, зеленку, бинт, по возможности лейкопластырь. Тут ничего нет». Родители безропотно отправляли посылки, сознавая, что армия у нас бедная, и в то же время думая, что, наверное, не все так страшно, потому что Миша ведь продолжает работать… поваром на кухне! А если бы он был тяжко болен, полагали родители, кто бы его близко пустил к котлам с пищей.

Однако с множественными гнойными поражениями кожи он продолжал варить обеды для всех.

«Армия в России — один из традиционно основных государственных институтов — продолжает оставаться типичным лагерем за колючей проволокой для бессудно заточенных туда молодых граждан страны. С соответствующими, подчеркнуто тюремными, правилами общежития, насаждаемыми офицерами. Где «мочить в сортире» (первый, при восшествии на кремлевский престол, провозглашенный Путиным лозунг борьбы с внутренними врагами) — главный метод воспитания«.

«Могла бы вас устроить армия, где каждую неделю солдаты массово дезертируют — иногда целыми взводами, а время от времени и поротно? Бегут прочь, лишь бы сохранить свои жизни? Армия, где не на войне, а ТОЛЬКО ОТ ПОБОЕВ и за один 2002-й год погиб целый батальон — больше 500 человек?.. Где офицеры воруют все — от 10-рублевок у солдат, присланных родителями, до танковых колонн у государства? Где старшие офицеры ненавидят младших офицеров и тоже бьют их, как хотят и когда хотят? А младшие офицеры спускают свою накопившуюся против старших офицеров ненависть на солдат? Где офицеры дружно, вместе ненавидят солдатских матерей за то, что те временами — не очень часто, большинство у нас боится, но все-таки иногда, когда обстоятельства гибели уж совсем вопиющие, — возмущаются тем, что их сыновей убили, и требуют справедливого возмездия?..»

«Что творится с человеком, когда его хватает современная ФСБ? Не тот ЧК, что в 37-м, из страшных книжек, из солженицынского ГУЛАГа, а современная, наших дней, благосостояние которой обеспечивается налогоплательщиками. Об этом в России теперь много разговоров и страхов. Никто ничего не знает, но все всего боятся, как это было раньше. И тоже, как и прежде, при советской системе, лишь очень редко что-то выходит наружу».

«Выбитые показания, пытки, применение психотропных средств с целью сломить волю. Именно этим адским путем прошли большинство чеченцев, которые попали в застенки не только ФСБ, но и других силовых структур, беспредельничающих в Чечне, где пытают у кадыровцев (отряд последователей Ахмат-Хаджи Кадырова, марионеточного промосковского главы администрации Чечни), пытают в военных комендатурах, пытают в ямах при воинских частях, в следственных изоляторах при отделах милиции…

Руководит и направляет эту работу ФСБ. Люди Путина. Под патронажем Путина. Выполняя желание Путина«.

…На жизнь бесстрашной журналистки покушались не единожды. Так, 2 сентября 2004 года, во время захвата заложников в бесланской школе, Политковская летела в Беслан, чтобы выступить посредником в переговорах. Но в самолете выпила чаю и потеряла сознание. Была госпитализирована в Ростове-на-Дону в тяжелом состоянии с диагнозом «отравление неизвестными токсинами». По словам друга и коллеги, главного редактора «Новой газеты» Дмитрия Муратова, результаты анализов, взятых у Анны Политковской, были уничтожены.

Сама она утверждала: к отравлению причастны сотрудники ФСБ, пытавшиеся таким образом помешать ей осуществить план по урегулированию ситуации в Беслане. Журналистка была убеждена, что в России возобновила работу 12-я лаборатория КГБ, занимавшаяся производством ядов. В авиакомпании, чьим самолетом летела Политковская, заявили: мол, с помощью чая Анну отравить никак не могли — его наливают всем пассажирам из одного чайника…

Однако уже в ноябре 2006-го чашку чая с радиоактивным полонием выпьет экс-сотрудник КГБ и ФСБ Александр Литвиненко. А позже мир узнает о попытках отравления схожим способом российских оппозиционеров Владимира Кара-Мурзы, Дмитрия Быкова, Алексея Навального…

Улицы, парки, сады, площади в Милане, Ферраре, Генуе, Тбилиси, Карловых Варах и других городах мира носят имя Анны Политковской. Возможно, когда-нибудь в Украине тоже появятся места, названные в ее честь. Тем более, что мы имеем все основания говорить, что Анна Политковская – наша!

Малоизвестный, однако весьма интересный факт: отец журналистки Степан Федорович Мазепа, советский дипломат, сотрудник миссии УССР в ООН, родился в селе Костобоброве Семеновского (ныне Новгород-Северского) района на Черниговщине и принадлежал к действительно легендарному роду, подарившему Украине еще как минимум одного видного деятеля. Из этого же рода Мазеп – министр внутренних дел и премьер-министр УНР Исаак Прохорович Мазепа.

А местные историки и краеведы склонны считать, что основатель костобобровской ветки рода Мазеп – двоюродный брат украинского гетмана Ивана Степановича Мазепы. Поплатившегося жизнью за то, что восстал против русского царя…

Источник: www.obozrevatel.com