Знакомство со страной

Знакомство со страной

Любые выборы ценны еще и тем, что мы чуть больше узнаем о стране. И о людях, которые в ней живут

Печатный станок Гутенберга был не просто еще одним камнем в фундаменте прогресса. Ему довелось стать чем-то куда большим. Чем-то, что изменило наш мир до неузнаваемости.

Книгопечатание перевернуло привычный мир. Открыло дорогу протестантизму и просвещению. Дало зеленый свет капитализму и национализму. Запустило новые войны и унифицировало искусство. В итоге, на следующие столетия весь мир погрузился в то, что Маршалл Маклюен потом назовет «Галактикой Гутенберга».

Нам выпало жить в эпоху перемен не менее глобальных. Контур которых задает интернет.

Мир телевизора

Аналоговая эпоха имела особенность. Если взять любую демократическую страну и представить СМИ и их аудиторию в виде дроби, то в числителе оказывались самые разные люди. Они могли отличаться взглядами и уровнем доходов, уровнем образования и успешности. Но их всех уравнивала информационная картина, которую они потребляли. Потому что в знаменателе этой дроби были преимущественно одни и те же медиа.

Телеканалы и бумажные издания могли отличаться целевой аудиторией и партийными предпочтениями. Но их количество было ограничено и исчислимо. И, в силу их сравнительной немногочисленности, все они – так или иначе – вынуждены были подчиняться неким общим профессиональным правилам. И неким универсальным ценностным установкам. СМИ были институциональными посредниками между потребителями контента и их производителями. И не было иного способа достучаться до аудитории, кроме как доказав редакции жизнеспособность своей точки зрения.

Мир интернета

Интернет отменил старую реальность – и родил новую. Мы стали жить в эпоху людей, которые общаются со своей аудиторией напрямую, минуя посредников. Блогосфера – дитя социальных сетей и онлайн-платформ. Рождение интернета воспринималось как победа над институциональной цензурой. Как технология, которая отправит в небытие попытки авторитарных режимов контролировать информацию. Казалось, что интернет станет средой общения всех со всеми. Мы не учли лишь того, что на смене цензуре централизованной пришла эпоха цензуры добровольной.

Интернет родил реальность «мыльных пузырей». Когда каждый человек способен окружить себя единомышленниками, читать лишь их контент и, в результате, погрузить себя в «теплую ванну». Будучи убежденным, что именно его взгляды являются нормативными. Будучи убежденным, что именно он и есть представитель «большинства».

Еще недавно любой фрик, убежденный в том, что планета на самом деле плоская, был обречен на одиночество. Он мог полагать, что лишь он знает реальную правду – а все остальные либо лицемерят, либо заблуждаются. Интернет подарил фрикам возможность находить друг друга, создавать контент для единомышленников и продвигать свои идеи. А еще интернет позволил разрозненным фрикам объединяться – и создавать политический запрос. На который рынок стал откликаться политическим предложением.

На смену медиа, которые были «для всех», стали приходить медиа «для своих». Даже фейсбук индексируют ленту новостей, ориентируясь на наши предпочтения. Нам показывают тех авторов, чьи посты мы лайкаем. Те, кому мы лайки не ставим – рано или поздно исчезают из наших лент. И потому у любого пользователя соцсетей рано или поздно оказывается своя собственная информационная реальность – непохожая на те, в которых живут его соседи по лестничной площадке.

Нам выпало жить в эпоху битвы технологий с институтами. Политические партии, классические архитектуры и даже СМИ оказываются в кризисе из-за новой информационной реальности. Именно она сделала возможным того же Дональда Трампа, которому уже не нужна лояльность CNN – ему вполне достаточно твитера, чтобы общаться со своими сторонниками. Попутно страны “старой демократии” внезапно обнаруживают новые линии разломов внутри своих обществ. Результатом которых становятся “пограничные” голосования за Brexit или торжество политиков, которые еще недавно казались обреченными аутсайдерами.

Во всем мире сегодня существует разрыв между реальностью и тем, как люди ее себе представляют. Французы думают, что 23% их сограждан – мусульмане, хотя на самом деле лишь 8%. Итальянцы думают, что у них безработица на уровне 49%, хотя на самом деле 12%. В США думают, что у них безработица 32%, а на самом деле 4,7%. В новой информационной реальности страхи продаются лучше, чем сухие и безэмоциональные факты. А потому торговцев неврозами становится вокруг нас все больше.

Мир Украины

Наша страна не стала исключением. Даже с учетом того, что Украина – страна «аналоговая» и телевизор здесь продолжает оставаться ключевым источником информации для 70% населения. Во многом это связано с тем, что телеканалы в нашей стране никогда не воспринимались собственниками как бизнес. Они служили информационной крышей для ФПГ и выступали как инструмент политического лоббизма. Аудитория каждого канала живет в своей собственной повестке – и по-разному описывает реальность. И все эти люди встречаются друг с другом лишь в соцопросах. Или на выборах.

«Кто все эти люди?» — мы ведь задаемся этим вопросом не только когда смотрим в бюллетень. Мы задаемся им всякий раз, когда получаем итоги социологических исследований. По инерции упрекаем социологов в продажности и говорим о политическом заказе. Но мы просто становимся жертвами нашей же привычки себя нормировать. Привычки жить в уверенности, что все вокруг воспринимают реальность так же, как это делаем мы. Мы становимся жертвами тех самых рукотворных «мыльных пузырей», которые мы создали вокруг себя.

И это довольно серьезный вызов для всех. Потому что залог устойчивости любого государства – это взаимное доверие граждан. То самое, которое позволяет им верить друг в друга и – как следствие — в процедуры. Если мы считаем, что сосед достаточно похож на нас, если мы уверены, что общего у нас с ним больше, чем различий – мы признаем за ним право распоряжаться своим голосом так, как он этого хочет. А если мы воспринимаем его как чужака, интересы которого противоречат нашим, – то у нас нет оснований доверять его выбору. И результатам выборов как таковым.

И нет, это проблема не только нашей страны. С этим кризисом сегодня сталкиватся даже самые устойчивые страны, на которые мы привыкли равняться. Старые границы идентичностей размываются. Новые – вырастают на наших глазах. Сложно говорить о единстве мечты, когда не совпадает описание реальности. Когда результатом этого несовпадения становятся самые экзотические фобии и неврозы. И именно в этих условиях Украине выпало договариваться с самой собой о самой себе.

У истории довольно причудливое чувство юмора. Впрочем, никто и не обещал, что будет легко.

Специально для LIGA.net

  • Читайте также: Президент Шредингера

Источник: news.liga.net

Каша в наших головах. При чем тут Ахметов-Коломойский-Фирташ

Каша в наших головах. При чем тут Ахметов-Коломойский-Фирташ

Без компетентного избирателя итоги выборов врядли будут адекватными. Но каким образом избиратель может стать компетентным при нынешних медиа?

Владимир Зеленский сделал полезную вещь — спросил в Фейсбуке у украинцев, какие пять главных проблем волнуют конкретно каждого. Более 25  тысяч человек (с учетом анкет на сайте ЗЕ) уже ответили.

Другая часть Фейсбука взорвалась ироничными комментариями, высмеивающими качество хотелок соотечественников. Массовый соцопрос, устроенный шоуменом, показал, что в головах у тысяч украинцев плещется довольно забористая каша: поднять пенсии-зарплаты и снизить налоги; побороть коррупцию и разогнать МВД, СБУ, ГПУ; закончить войну и жить в сильной и независимой стране; расстрелять президента-депутатов-министров и восстановить верховенство закона; понизить-контролировать цены и поддержать малый бизнес. Список нереальных, несовместимых, часто откровенно глупых, а иногда и злобно-детских желаний можно продолжать очень долго.

При чтении этого бесконечного полотна хотелок я ощущаю не высокомерную иронию, а страх, страх за будущее страны: у многих украинцев, откликнувшихся на призыв Зеленского, нет и намека на критическое мышление, им свойственны чересчур упрощенное представление о политическом устройстве страны, непонимание экономики, черно-белый взгляд на вещи, неприкрытое недоверие к любым институтам власти и ненависть к людям, эту власть представляющим.

Будем честны: с такими избирателями у демократии мало шансов обеспечить лучший выбор из возможного. Да, несколько тысяч комментариев в ФБ – нерепрезентативная выборка. Но, боюсь, такой аргумент успокоит только совсем заядлых оптимистов: нет оснований верить, что у большинства из 25 миллионов взрослых украинцев, которые не зарегистрированы в этой соцсети, в голове существует более рациональная картина мира.

Кто же заварил эту опасную кашу в головах соотечественников? Шеф-поварами точно могут себя считать представители СМИ – журналисты, редакторы, медиаменеджеры, собственники медиа. Три звезды Мишлен достались бы ТВ. Креативный класс Киева и 5-7 других украинских городов может сколько угодно меряться годами несмотрения телевизора, рассказывать, как удобно получать информацию из телеграм-каналов и разводить фейсбук-баталии под постами министров. Но Украина – страна маленьких городков и сел: более половины украинцев проживают в населенных пунктах с населением менее 50 тысяч человек.

Здесь нет даже плохих коррумпированных университетов, сюда не заезжают с лекциями гарвардские профессора, а местные СМИ, если существуют, то чаще всего подконтрольны местным политикам. Картину мира для миллионов людей “пишут” шеф-редактора телевизионных служб новостей и новостных каналов. “Пишется” это полотно с оглядкой на политические и бизнес-интересы собственников: Ахметова, Коломойского, Фирташа-Левочкина, Пинчука, Медведчука, Мураева-Рабиновича, Порошенко-Кононенко и т.д. День за днем ТВ-новости понемногу подпиаривали собственников и их союзников, обливали грязью их конкурентов или неугодных министров-депутатов-глав НБУ, власть в целом. Добавьте сюда неизменный фокус ТВ-новостей на трагических событиях и негативе. В итоге медийная Украина, засевшая в головах миллионов, выглдядит даже хуже настоящей (хотя этого не так-то просто было добиться).

Например, большинство украинцев путаются в экономических показателях, думая, что они в разы хуже реальности. Например: рост цен — проблема номер один по мнению украинцев, в то время как Нацбанк рапортует о минимальной за пять лет инфляции; люди считают, что каждый третий соотечественник — безработный, а на практике каждый десятый; реальная средняя зарплата намного выше, чем до кризиса, а украинцы уверены, что год от года беднеют — и т.д.

Семь лет назад известный британский think-tank Hansard Society провел исследование — как разные каналы информации влияют на вовлеченность людей в демократические процессы. Один из выводов: британцы, для которых таблоиды – основной источник информации, оказались неважными участниками политического процесса. Они в два раза негативнее воспринимают политиков и решения властей, чем люди, которые вообще не читают газет. Они реже ходят на выборы, они фаталистичны и недоверчивы, радикальны по многим вопросам и склонны верить в популистичные обещания. В общем, с читателями таблоидов строить демократию трудно. Но есть и хорошие новости: таблоиды – источник информации номер один только каждого пятого британца.

Из плохого: только для каждого пятого украинца телевидение не является основным источником информации.

P.S. Как представитель СМИ, я не снимаю с себя (и тысяч порядочных коллег-журналистов) частичной ответственности за массовое разрушение мозгов соотечественников. Журналисты, которые не врали и не манипулировали, виноваты, что не нашли способ быть услышанными миллионами. Хотя я не уверен, что такой способ вообще существует.

Источник: news.liga.net